Дорогие читатели представляю Вашему вниманию шестую книгу цикла «За СССР».
В рамках этого цикла уже вышли книги «Чехословакия 1984 года», «21-84, «ах, как хочется вернуться… или свернуть», «Вы за обновлённый СССР?», «Мы наш, мы новый…» и «Союз нерушимый…». Главным героем является молодой парень, благодаря смелости которого удалось предотвратить развал СССР, самую страшную геополитическую катастрофу современности. Много испытаний пришлось пройти Стране Советов, чтобы доказать на деле строчку из Гимна «Союз нерушимый…». Мировой Союз пришел на смену СССР. Впереди были выборы в Верховный Совет Мирового Союза и Советы разных уровней. В стране идёт «перестройка»и шумит «гласность». Какой там будет расклад сил? К чему приведёт политика демократизации? Не случится ли там конституционный или парламентский переворот? Сохранится ли Мировой Союз и социалистическое мировое движение? Не выродится ли новая элита в обычных нуворишей и олигархов?
На эти и другие вопросы ответит данная книга.

Все персонажи являются вымышленными, и любое совпадение с реально живущими или жившими людьми случайно. Содержит много юмора и комичных моментов.

Глава 1. «Первое утро года, добрым не бывает»

Снова сон. Большой плоский экран телевизора на стене меня уже не удивляет. В нём показана телестудия. В правом верхнем углу экрана телевизора знакомый значок «НТВ». Эта аббревиатура означает всего на всего «Непосредственное телевидение», а не как многие считаю «независимое». Просто ушлые ребята с молодёжной редакции Центрального телевидения, что вели там ночной эфир, нашли спонсоров и выкупили у государства устаревшую технологию космического телевидения СССР, вместе с тремя спутниками и запустили свой канал. Эта технология позволяет принимать сигнал со спутника непосредственно на телеприёмник в любом уголке Земли, без громоздких наземных станций-ретрансляторов, как раньше. Правда для этого нужна параболическая антенна и декодер. Это всё стоит, вместе с монтажом, около 50 рублей. Они, правда, вначале и цены на них взвинтили и даже пытались продавать право принимать те или иные пакеты телепередач. Но кустари, а потом и более серьёзные производители, насытили рынок всем этим за приемлемую цену. Мы тоже покупаем услуги спутникового телевидения для своего канала «Мосфильм». Но показываем его абсолютно бесплатно. У нас финансирование идёт за счёт рекламы. Но это я отвлёкся. А на экране… Баааа… Знакомые всё лица… Ведущий то…Лёня… Так значит и там им это удалось… Молодца… А приглашённые… Ринаточка, девочка ты наша комсомолочка и красавица наша Танечка, молодая жена нашего маститого режиссёра, актриса-секс-символ молодёжи и … врач… А эти, что тут делают? Господин Айдаров, целый бывший премьер, как его представили… огооо, и ещё какой то типчик из … толи МИДа, то ли Верховного Совета… агааа, бывший советник Генсека…и младореформатор… Не ясно пока… Что это за передача? Название какое то дурацкое – «На днях»… Так-так… вспоминать будут 90-й год. А какой у них там? Девочки вроде неплохо выглядят, только Ринаточка странно себя немного ведёт и одета… Хотя… И Танечка немного усталая… Зато Тимурка Аркадичь… сияет, как начищенный самовар… Немного оплыл конечно…

Но тут я переключился на события их 1990 года… И они меня, честно говоря, огорчили до нельзя.

По все стране шёл, как они его назвали «парад суверенитетов». Начался с Прибалтики и пошёл по всей стране. Республиканские Верховные Советы объявляли о независимости от Москвы и так далее. Дошло до суверенитетов автономий и тут полыхнуло в Молдавии и на Кавказе.

По ходу года избрали Генсека Президентом СССР, но не прямым голосованием, а каким то Съездом, заодно внеся изменения в Конституцию СССР. Кошмар… Дальше — больше. Из статьи 6 Конституции СССР исключено упоминание о руководящей и направляющей роли КПСС, то есть состоялась отмена однопартийной системы в СССР. Потом этот лощённый типчик поясняет, что Съезд народных депутатов СССР, это высший орган государственной власти в СССР в 1988-1991 годах. И что, Генеральный секретарь ЦК КПСС Горбачёв на XIX конференции КПСС в июне-июле 1988 года объявил курс на политическую реформу. А уже 1 декабря 1988 года был принят Закон СССР «О выборах народных депутатов СССР» и внесены необходимые изменения в Конституцию СССР 1977 года. И это без всякого референдума…

Страна начала разваливаться… а этот… себя Президентом избрал и Компартию в унитаз спустил… Ну…суууу…

Затем, ведущий Лёня, с его характерной ухмылкой и едким голосом сообщил, что его ещё и Нобелевской премией мира наградили в том же году, а 7 ноября во время Военного парада в Москве на Генсека было совершено неудачное покушение…

Перечисляли ряд трагедий и вскользь коснулись вывода наших войск из Афгана и Восточной Европы. Про последний сказали, что выглядит это позорно…как бегство… Войска, то есть и технику и люде, в том числе и семьи с детьми, выгружают в СССР за Уралом в чистом поле… Якобы чтобы не нарушить договор об ограничении войск в Европе…подписанный понятно кем… — Вот за это предательство и премию видно дали… Самка собаки…, — гневно я роптал во сне.

Девочки там что-то вспоминали из личных впечатлений, но как то блекло и без огонька. Видно было, что им это всё не очень приятно вспоминать… Зато «эксперты» радовались, как дети… Гадыыыы !!!

На этом я проснулся…

Как всегда, в поту… и со страшно колотящимся сердцем.

На часах было около двух дня… А в памяти всплыло, что сегодня 1 января 1990-го года.

Рядом на моей кровати в моём же особняке в Москве на Ленинских горах что-то или кто-то…зашевелилось…

— Но это я выясню потом…, — решил я в стиле Скарлетт О`Хары из «Унесённых ветром», вставая медленно и тихо с кровати и бредя в сторону ванны.

По дороге решая, сразу звонить Санычу или ввиду первого утра года, всё же подождать до третьего и первого рабочего дня нового года. Тем более что скорее всего ничего особо нового в этом сне не было. «Причёсанную» версию всех этих событий я уже давно прочёл в Саныча «синопсисе» к сценарию «Лихих».

Так окончательно ничего не решив, я зашёл в ванную и пустил на себя воду из душа. Постояв под контрастными его струями, я начал приводить мысли в порядок.

— Да! А чего ты, Дэн, ожидал?, — задал вопрос мой внутренний голос, — снова перенапрягся и… «никогда такого не было и вот опять», — ответил он же афоризмом нашего Парторга, который нахватался их у своего дружка «газовика-нефтяника».

Тут я вспомнил, что действительно «напряжёнка» уже тянется третью неделю, начиная с Выборов.

Я тогда прямо с утра исполнил свой гражданский долг, посредством отдания своего голоса, через опускание бюллетеней в урну для голосования, на своём избирательном участке, и после направился неспешно на «Мосфильм». Исполнять уже там свой профессиональный долг, как владелец, управленец и работодатель, который отвечает за тысячи людских судеб, чтобы у них была хорошая зарплата и соответствующие условия труда… ну и наконец, как коммунист и будущий пропагандист.

У нас было запланировано грандиозное мероприятие, а именно телепередача в прямом эфире нашего телеканала «Мосфильм», под названием «Ночь после выборов».

По совету наших американских коллег решили скопировать их «ночь после выборов». Организовали студию в одном из ресторанов в «ЭлКе» в «эМСи», как сократили в народе название башни – небоскрёба «Ленинский Комсомол» в Москва-Сити.

Туда пригласили всех известных и не очень, политиков, общественников и просто знаковых и узнаваемых людей. Всем им будет дана возможность высказаться по поводу самих выборов и по поводу их результатов.

На большой экран будут выводить данные Центризбиркома.

Вначале информацию о явке. Данные экзит-поллов. Затем о первых результатах самих выборов.

Так как у нас, в отличие то тех же США, не просто за две партии голосуют, а за отдельных кандидатов…одни представляют коммунистов, другие, либо «Блок беспартийных и некомсомольцев», сокращённо БПН, либо просто сами себя…то это всё ещё будет группироваться  в «условные блоки» по местам рассадки в зале заседаний Верховного Совета.

А ещё будет карта Мирового Союза с обозначениями цветом избирательных округов и кто там побеждает из этих условных трёх политических блоков.

Будет фуршет и артисты… Короче, будет весело…

На киностудии меня встретила тоже суета. Но уже профессиональная и деловая. Народ, как и я, уже проголосовали и занимались делом. В частности, я прямо у выезда с «Мосфильма» застал кавалькаду из костюмерных фур, гримёрок и примерочных на колёсах, что отправлялась к месту действа.

У нас по задумке все гости должны быть одеты торжественно. Мужчины во фраках, а женщины в вечерних нарядах…с множеством украшений.

Все об этом были уведомлены, с просьбой сообщить заранее, у кого этого нет, то мы предоставим.

Кто-то сразу откликнулся и мы неспеша подогнали и фраки мужчинам и подобрали платья женщинам.

Причём в процессе последнего мне пришла в голову мысль задействовать силы Модных домов брендов «KG» и «W.O.G.» в качестве рекламы их новых коллекций женских вечерних нарядов класса «роскошь».

Замечу, что первый бренд очень нуждался в такой акции, так как ему недавно пришлось пройти процедуру ребрендинга, то есть смены названия или скорее создание дополнительного бренда.

Прежний бренд «KS», из заглавных букв Katerina Significant, имя и фамилия владелицы — Катерина Значительная, и благодаря этому сочетанию, в народе называемый «Кис», что в свою очередь звучит с английского, как «поцелуй», прочно стал ассоциироваться с сетью «массажных салонов», а одежда стала считаться бля…ской. Что сузило круг потребительш. Вот и возникла необходимость создать новый бренд, тоже связанный с владелицей, а именно с её «титулом», известной в определённых кругах полусвета, как «Катерина Великая» или по-английски Katerina Grand, а от сюда и «KG».

Правда это не остановило приверженец бренда «Кис» тут же обозвать переметнувшихся к «KG» — «килограммками» или «килограммихами», намекая, что все они толстозадые матроны и так далее. Справедливости ради нужно отметить, что правда некоторая в этом была, так как бренд «KG» пришёлся по душе дамам «добропорядочным» и «благопристойным».

Вместе с одеждой, Модные дома предоставили «на прокат» аксессуары и украшения, как мужские, так и женские.

Для мужчин это были туфли, ремни, портмоне, портсигары, зажигалки, заколки для бабочки, запонки и конечно часы, как наручные, так и карманные. Всё было отечественного производства, но из золота и платины, с вкраплениями драгоценных камней. Тоже отечественных, якутских алмазов и уральских рубинов и самоцветов. Кое что предоставили и «заморские» территории Мирового Союза.

Для женщин… всё перечислить из предоставленного не хватит и дня…

Например Ленка для похода со мною на это светское мероприятие выбрала в Модном доме «W.O.G.» такой длинный список…, что я утвердил не читая его… И насколько я потом узнал, ей ещё сделали дополнительную скидку, взяв её перечень покупок, за базовый для данной акции…ха-ха.

Так вот, прямо сейчас мимо меня и проплывала гружённая всем этим добром автоколонна. С охранной конечно…

Не успел я войти в кабинет, как в него ворвалась Ленка. И бросилась меня обнимать, целовать и благодарить, что я не жмот и всё ей разрешил купить.

Я еле от неё отбился… только после бурного секса… Такая она была возбуждённая покупками и моей щедростью…за её счёт… Я же просто контролирую её траты её же доходов с её же капитала, по поручению Саныча.

Ленка в постели была бесподобна… Я представляю, что обо мне говорят тут на «Мосфильме». Ни дня кровать в моей комнате отдыха тут за моим кабинетом не простаивает… А иногда и по три раза за день её перестилают по моей просьбе…

Заодно Ленка продемонстрировала мне своё новое, самое модное бельё, и «скромные» украшения. Умудрилась висюльку с брюликом в пупок себе вставить и на лодыжку нацепить нитку бриллиантов. А в самом конце я заметил, что и на длинном накладном ногте её мизинца тоже что-то висит, не говоря уже, что и просто в каждый накладной ноготь что-то блестящее вставлено… и я подозреваю, что это не просто стекляшки или разбитые ёлочные украшения…

Закончив с принятием от меня её благодарности…Ленка с полуулыбкой развалилась на широком ложе…и загадочно молчала.

— Так, Леночка. Иди домой и хорошенько выспись. А то ночь будет длинная и напряженная, — обратился я к ней серьёзно.

— Ну Денчик…можно я тут останусь?, а то у нас в общаге мне покоя не дадут, — резонно она заметила.

— Да. Верно. Могут тебя там … Короче, не отдохнёшь…, — согласился я и тут же предложил:

— Давай ка езжай ко мне…в особняк.

— А наряд?, — спросила та.

— Возьми мою машину с водителем и перевези… и оттуда с ним и поедешь к семи на место. И чтобы без опозданий…, — дал я ей указания, уже одевшись и выходя в кабинет, закрывая за собою дверь. Из комнаты отдыха была ещё одна дверь, ведущая в подсобные помещения, чтобы в нужных случаях через неё уходить незаметно, вот как сейчас Ленке.

Не успел я обосноваться в рабочем кресле, как «ожил» селектор:

— К Вам ….

— Можно, — недослушав секретаря я ответил. Не имело значения, кто там. День Выборов начался…

Мне удалось после обеда покемарить часов до пяти, а затем я отправился на место действия в Москва-Сити. Там, судя по бодрым докладам исполнителей, всё было полностью готово.

Действительность меня не обманула. Таки да! Всё было полностью готово и народ уже съезжался. Особенно тот, которому нужно было переодеться в наши наряды. Ведь ещё были такие, кто заранее не озаботился никакими примерками и прямо тут им всё подгоняли. Но мы это всё предусмотрели и все наши кадры из костюмерного цеха были брошены на это.

Дабы предотвратить любые конфликты и обиды, аксессуары …женские…выдавались в порядке живой очереди, без права выбирать. То есть, как в лотерее спорт-лото. Бралась первая попавшаяся запечатанная коробка и выдавалась претендентке. Затем, под присмотром представителей Модного дома, которому эта коробка принадлежала, дама ознакамливалась с её содержимым и на свой вкус из неё выбирала, либо всё, либо что-то конкретное. Затем шла формальная процедура подписания временного договора хранения и инструктаж о материальной ответственности. Тоже было и с мужской частью. Почему я говорю «формальная процедура»? Да потому, что это всё равно застраховано. Но лучше перебдеть… ибо нафиг…

Зал ресторана был огромен. Столы были сдвинуты и выстроены вдоль стен для фуршета.

В центре из стульев был создан некий зрительный зал. Перед которым была небольшая трибунка. А на стене висел огромный массивный «экран». Конечно, технологии современности ещё не достигли того уровня, что я вижу во сне. Экран этот состоял из десятков обычных, можно сказать, телевизоров. Просто выводимое на него изображение разбивалось по особой технологии под управлением редактора, оператора и компьютера так, что мы видели перед собой цельную большую общую картинку, а не маленькую в каждом телевизоре.

— Дэн, здравствуйте, — поздоровался со мной первый встреченный мною приглашённый гость.

Я с недоумением на него посмотрел, не припоминая, чтобы нас друг-другу представляли. Вообще, приглашёнными занимаются у нас специальные люди. Их список составляют редакторы политических новостей, как самые опытные в этом. И я на него почти не влияю. Разве, что составил протекцию некоторым. Например, вон той группе напыщенных снобов, зовущих себя «Дворянским собранием Москвы» и то только потому, что меня попросила об этом Василиса, которую они наконец признали главной и избрали предводительшей дворянства России. Правда у них там тоже некий дуумвират. Со-предводителем у неё этот голубок «Князь Серебряный».

— Меня зовут Иннокентий…, — начал представляться поздоровавшийся со мною гость.

— Я надеюсь не Смоктуновский? А то извините…не узнал Вас в гриме, — не сдержался я от шутки в стиле Пуговкина в фильме «Иван Васильевич меняет профессию».

Мы оба посмеялись. Гость, было видно, уже привык к таким подколкам и добавил весело:

— Хорошо хоть не с попугаем Кешей из мультика спутали… «Таити, Таити, … не нужно нам никакое Таити…нас и тут неплохо кормят…»

— Извините, Иннокентий, перебил Вас…, — подвигнул я гостя продолжить.

— Да можно просто Кеша…, — тот меня поправил.

— Хорошо, Кеша… Кем служите?, — спросил я для поддержания разговора.

— Да вот в народные избранники подался, — тот ответил скромно.

— И что? Чувствуете народную поддержку?, — с неким сарказмом я спросил.

— Ну вообще в Замоскворечье да…, — просто тот ответил.

Тут меня пронзила мысль, а не тот ли самый это Иннокентий, что удачно скупил промзону на Красной Пресне ещё 86-м и тут возник этот город будущего Москва-Сити и продолжает строится…

— Кеша, а не Вам ли принадлежит всё тут…?, — при этом я обвёл рукой пространство вокруг.

— Оооо, нет конечно, — поспешил он с ответом.

Мы с ним ещё поболтали о всякой мелочи, а в конце, он как бы невзначай, заметил, — что и на месте «Мосфильма» мог вырасти город-будущего не хуже этого, если бы…не один прыткий молодой человек, и при этом многозначительно посмотрел на меня и коротко кивнув, поблагодарив за приятное общение, он удалился в сторону наполнявшей зал публики.

— Что это было? Угроза? Или предложение, от которого умные люде не отказываются?, — молнией пронеслись в моём мозгу вопросы.

Пока я стоял с задумчивым лицом ко мне подплыла Ленка. Вернее, Елена-прекрасная.

— Дааа, деньги потрачены не зря, — сменились тревожные мысли в моей голове под напором прекрасного, на совершенно приятный от лицезрения совершенства красоты в сочетании тела и одежды. Вернее, того её минимума, что позволяют приличия или не позволяют совсем прийти без неё.

— Челюсть подбери, — прошептала на ухо мне прелестница, подойдя вплотную.

Нет, платье на Ленке было и даже слегка волочилось по паркетному полу, но вот вырезы в нём почти ничего не скрывали. Ну так… самый минимум… Сверху всё детально рассмотреть мешала крошечная меховая горжетка, накинутая на плечи, а снизу и сзади … прирожденная женская ловкость и … дамская сумочка… как бы случайно оказывалась на пути нескромных взглядов…

Также Ленка стала эпицентром и женского внимания. Мало того, что на ней было явно дизайнерское платье из последней коллекции Модного дома «W.O.G.», так и аксессуары и драгоценности тоже были не простыми, и даже не из лимитированных коллекций, которые выдавались всем желающим тут напрокат, а что называется «штучной работы».

Причёска тоже была шедевром парикмахерского искусства. И главное, что это всё органично на ней «сидело», если можно применить этот термин в этом случае, а не как на других некоторых тут присутствующих дамах, что обвешались дармовщиной, как новогодние ёлки, и это все им шло, «как корове седло».

Но тут как раз прозвучали первые звуки музыкальной заставки нашей передачи и ведущий объявил пятиминутную готовность к включению в прямой эфир.

Всех это не шуточно взбодрило, так как камер было натыкано великое множество и они все работали. И только команда редакторов и операторов из центра управления решала, что в данный момент пускать в эфир.

В зале, кроме пары ведущих, ещё были «свободные охотники», то есть тележурналисты, со всех наших передач, даже и спортивной секции, которые перемещались по залу с оператором и микрофоном и могли задавать любые вопросы, любым тут присутствующим гостям.

Например, применительно к тем же спортивным новостям, могли спросить о любимом виде спорта, а потом и подловить простака на незнании элементарного, начиная от правил и заканчивая действующими чемпионами и ситуацией в турнирной таблице. Избитый приём, но весьма смешной зрелищный. Вот и сейчас на эту «удочку попался» какой то записной «народник», небрежно расстегнувший пуговицы на фраке, нарушив этим этикет, взболтнул как раз, что как и все простые люди, любит хоккей и футбол. А наш острослов и спортивный комментатор Гарик, в него «вцепился, как клещ», и спрашивает его мнение по поводу… «замены резиновой шайбы на плюшевую, с целью снижения травматизма в хоккее», а этот напыщенный индюк «всё принял за чистую монету» и важно соглашается с «нововведением», ха-ха.

— И что мне тут делать?, — вывела меня из задумчивости Ленка, топчась на месте в прелестных сверкающих бриллиантами босоножках на огроменной прозрачной шпильке, как застоявшаяся кобыла в предвкушении или заезда или жеребца.

— Пока будь рядом…а бой план покажет, — высказался я витиевато с военным уклоном.

— Дэнчик, мне скучно…, — протянула гнусаво-плаксиво Ленка.

А я подумал:

— Ну конечно… пока одевала наряд, а потом повергала тут всех в шок и трепет было не скучно… а теперь скучно, потому как никто не выказывает явных намерений этот наряд снять с неё в укромном месте и продолжить дальше не давать ей скучать…

Но в слух я сказал спокойно:

— Леночка, потерпи…всё будет…Пошли пока выпьем чего ни будь…

И предложил ей свою руку, которую она тут же обвила своей, мы с ней направились к ближайшей горке с бокалами с шампанским.

Не успели мы пригубить их, как снова заиграла мелодия заставки и ведущие радостно сообщили, что мы в прямом эфире и передача «Ночь после выборов» на канале «Мосфильм» началась.

Ко мне подошёл незаметно один из редакторов и «сияя, как кремлёвские звёзды», торжественно сообщил, что рейтинг передачи бьёт рекорды. Я, честно говоря, до сих пор не знал, как они это делают. Я имею ввиду, как определяют рейтинги передач, но с удовольствием ему поверил. И в ответ похвалили и пожелал ему успеха в дальнейшем, так как эфир только начался.

Но на успех некоторой мы надеялись. Во первых, завтра объявлен выходной, так как избирательные участки в основном расположены в различных учреждениях и вряд ли комиссии на них успеют за ночь пересчитать все голоса, составить протоколы и привести помещения в первоначальный вид. Это в СССР с одним кандидатом уже через час участок прекращал своё существование и на утро, например школьники, придя в школу, уже не видели и следов от него.

А в этот раз это всё явно затянется…

И поэтому у людей образовался дополнительный выходной, а значит и ночь можно посвятить просмотру интересной передачи. А тем более такой необычной и новой.

И во вторых, американские коллеги, посоветовавшие такой формат передачи, упирали на то, что у нас по прежнему мало развлекательных передач ночью и тем более в прямом эфире. И это так. У нас только Новогодние огоньки в таком формате стали выходить в последние несколько лет. И они то пользовались просто бешенной популярностью. И вот вам ещё один почти Новогодний огонёк…

А пока ведущие комментировали информацию с огромного экрана. Там было изображение карты Мирового Союза в разрезе избирательных округов. Их было ровно тысяча, именно столько избиралось депутатов в Верховный Совет. Примерно один депутат от 500 тысяч населения. Так и округа были выбраны. Конечно, на карте это выглядела не совсем информативно. Например, в Москве, при населении в пять миллионов человек, это целых десять избирательных округов, а в Сибирском Регионе тоже 10. На карте Москва пятнышко, а Сибирь громадина.

По информации экзит-поллов лидировали конечно коммунисты. Но это в общем. А вот конкретно в той же Москве нет… И это настораживало. Была вероятность получить сильную право-либеральную фракцию в Верховном Совете. Да даже если бы туда избрали всех триста членов ЦК, составляющих так называемый Центр, то всё равно это меньше трети от всех мест в Верховном Совете. А информация по Москве уже говорит, что в шести из десяти округов, побеждаю не коммунисты. Вон как радуется Кеша, явно проходит…

Также зелёным цветом окрашены западные области Юго-Западного Региона, а это Львовская, Ровенская, Тернопольская, Ивано — Франковская и даже Житомирская и Винницкая с Хмельницкой салатовые. Тоже много зелёного и салатового на западе Центрально-Европейского Региона. Но это и закономерно. Эти области недавно вошли в систему социализма при объединении Германии. И там сильны позиции бывших социал-демократов и христианских демократов, партии которых были распущены, а члены отказались входить в компартию, войдя в Блок «БПН» или действуют как самовыдвиженцы. Бывшие соцстраны, наоборот алеют самым насыщенным красным цветом. Например, в Кубинском Регионе и в Юго-Азиатском вообще нет и намёка на жёлтый ли зелёный цвет.

Но это пока предварительные итого, по информации из опросов избирателей, выходящих из участков.

— Дэн, привет, — вывел меня из задумчивого созерцания окружающего действа знакомый голосок.

— Вот неожиданность…, — воскликнул я рассмотрев, кто ко мне подошёл.

Ленка только хмыкнула при появлении рядом ещё одной особи женского полу и могущей ей составить достойную конкуренцию.

— Снежаночка?, — продолжил я удивлённо.

— Да, как видишь, — согласилась с очевидным девушка, довольная произведённым на меня эффектом.

— С кем ты тут мне изменяешь…?, — вклинился в нашу компанию и беседу сияющий колобок, товарищ Айдар.

— Да ещё не успела… Это мой…друг, — пролепетала смущённо Снежка.

— А это что за прекрасное создание?, — переключился внук моего любимого в детстве писателя на Ленку и уже успел неуклюже и пошло обслюнявить ей тыльную сторону ладони.

Ленка неприлично хохотала от такого сомнительного удовольствия, как по мне.

— Леночка…предлагаю оставить этих…друзей…хм…и пойти развлечься…, — с этими словами Айдаров потащил согласную на всё Ленку куда то в коридор.

— Ну как живёшь?, — спросил я у Снежки, для начала беседы.

— Да как видишь… Под колобком…, — немного с вызовом в голосе ответила Снежка.

— И как?, — спросил я.

— Да ни чё…он добрый, — махнула рукой она в строну удалившейся пары, Ленки и Айдара.

— У тогда давай за встречу, — протянул я ей бокал с шампанским.

Выпив и расслабившись Снежка мне поведала о своей жизни:

Что поступила она в прошлом году в ВУЗ, а на первой же сессии и срезалась. Успокаивала себя тогда, тем что не всем это высшее образование нужно. Как раз и ролики стали крутить по ТВ, где доступно всё это преподносилось. Больше всего, её лично, страшила трёхлетняя отработка в каком либо «медвежьем углу». Папа её на это только ухмылялся и говорил свою солдафонскую чепуху про то, что «трудности закаляют», «Партия сказала «надо» – Комсомол ответил «есть !» и всё в таком духе. А она, коренная москвичка в надцатом поколении, и только два года назад узнала, что за Садовым кольцом тоже люди живут. И даже в этом Киеве… То ещё, было приключение…

Тут на них двоих нахлынули приятные воспоминая про поезд и Киев и не очень, про этого «козла», соседа, её детскую любовь…

Потом рассказала, что после отчисления, пошла она на курсы «Помощник руководителя». Базовое образование «Деловодство» у неё было со школьного учебного комбината. И школу она с «Золотой медалью» окончила. А после тех курсов тоже был свой «Конкурс», с отборами, ха-ха. Но её «колобку-Айдару» она подошла…

Её шеф был не самый противный, хоть и … побитый жизнь, что-ли. Вот и сейчас… «Завёл» её и оставил… А с девушками так нельзя…

Снежана — девушка видная. Даже уговорила шефа, и от их башни-высотки «Ленинский Комсомол» участвовала в Конкурсе «Краснопресненская Красавица». Конечно, дальше второго отборочного тура пройти не удалось. Не та квалификация. И так потом неделю «за свой счёт» брала, но «заряда» хватило надолго.

После того, давно никто Снежану так хорошо неотчебучивал. Недавно на переговорах крайний раз было дело. Тогда да, хорошо ей пришлось попотеть и не только в сауне…, ха-ха.

На Конкурсе она столкнулась с неким Сергеем, которого она знала ещё со школы. Вернее, несколько раз встречалась с ним на городских комсомольских мероприятиях, куда её направляла школьная и районная комсомольские организации, как комсорга класса, «отличницу, спортсменку и просто красавицу», — как говорил про неё словами из фильма «Кавказская пленница» их худрук-козлина, такой же, как «товарищ Саахов»… Но это совсем другая история.

Так вот, этот Сергей был там на Конкурсе в организаторах от Горкома ВЛКСМ и между «отборочными заездами» выведал у Снежаны, «где она? и что она?» и потом дал ей «комсомольское задание». А звучало оно так: «Снежана, «органы» на тебя рассчитывают, как на преданную нашему делу комсомолку. Твоему шефу угрожает опасность… Не спрашивай ничего…, слушай и запоминай всё, о чем при тебе кто говорит и передавай мне… Как? Я потом скажу… Согласна?». Конечно, Снежана согласилась и теперь всё внимательно слушала и запоминала, а потом вечером делала краткий доклад и запаролив его, отправляла на указанную Сергеем почту. Иногда ей приходил в ответ уточняющий вопрос, на который она давал пояснение и также отсылала. В последнее время она использовала для этого уже не обычную электронную почту, а компьютерную игру в интернете, где она была под анонимной личиной и переписывалась в игровой «говорилке» с «Сергеем».

В этом месте её рассказа я невольно расплылся в улыбке, от наивности Снежаны, но ничего ей не сказал, а просто поощрительно кивнул.

Также Снежана рассказала мне смешную историю, как защитила своего шефа от этой дефективной, — при этом она кивнула в сторону компании «записных либералов», где гордо возвышалась «каланчой» госпожа Хакамка, правая или левая рука господина Боровика.

 И за это Снежана была поощрена премией и ещё большим доверием и расположением шефа. Для их встреч, вне офиса, шеф тут же купил для Снежаны приличную маленькую квартирку, недалеко от Москва-Сити. И она там уже успела «свить их любовное гнёздышко». Девушка не питает никаких иллюзий по поводу возможного её брака с шефом, даже в роли одной из его жён. У того и так их было уже три. И хоть закон ничем не ограничивал их количество, кроме как способностью мужа их содержать на уровне прожиточного минимума, а это около 50 рублей в месяц…, Снежана в официальные отношения не рвалась. Она знала уже, что две из трёх, побывали на её месте… А теперь «страдали в золотых клетках»…

А так, Снежана всегда подле шефа и в центре событий… Как вот сейчас на этом светском мероприятии «Ночь после выборов».

Снежана поведала мне, что также устроилась на подработку в «массажку», где трудилась её подруга, бывшая одноклассница. Но об этом шефу знать было необязательно…ха-ха. У Снежаны там был свободный график и уже сформировался свой состав клиентуры… Так, что в принципе можно было оформиться уже «индивидуалкой»… Но водить клиентов к себе, Снежана категорически не хотела, как и встречаться на их территории… — Был уже один досадный случай с ней, когда её там чуть не побили разъярённые жёны клиента… А снимать отдельное жильё только для этого, тоже было нецелесообразно… и в плане денег и вообще…лишняя морока… А так, в «массажке», её всё устраивало… Тем более, что это совсем не из-за денег… а стресс и напряжение снять. Лучше, чем искать, непонятно где, себе на одно место, приключений. Там всё чинно, чисто и … благородно, хи-хи, — рассуждала здраво Снежана.

В разговорах с давней подругой незаметно минуло время и снова на экране изменилась картинка. Из ЦИКа поступили данные о явке избирателей. Общая составила 86,7 % от общего количества избирателей.

В зависимости от регионов она существенно разнилась. Например, опять же по Москве он еле дотянула до нормативной в 50 %, когда выборы считаются состоявшимися. И напротив, в тех же новых Регионах, явка близка к 100 %. Что уже вызвало смешки и возмущения в либеральной части тут присутствующих.

Кто-то уже с калькулятором посчитал, что если сложить явку по Кубе, то там больше 101%. На этот счёт уже поступило разъяснение, что там давно не проводилась перепись населения и много явилось на избирательные участки людей с паспортами и пропиской, но не включённых в списки избирателей. Поэтому уже комиссии на местах принимали решения об их включении в списки и о допуске к голосованию. Где то только в списки включали, не допуская к голосованию, а где то и допускали. Это не нарушает закон и даже если отменить эти голоса, то это никак на общий результат это не повлияет, так как это всё в рамках одного избирательного участка и пределах допустимых 10% от проголосовавших.

Члены ЦИК были на постоянной видеосвязи с нашей импровизированной студией и все тут присутствующие и вся страна, могли следить за их работой, как говорят наши заокеанские коллеги, в «режиме он-лайн». Это придавало достоверности, и работе ЦИК и результатам выборов.

— Что-то Ленка запропастилась с твоим «колобком»?, — больше для поддержания разговора чем из-за беспокойства спросил я у Снежаны.

Та небрежно махнула бокалом и молвила:

— Да ничего с ней не станется… Я уже с шефом поработала сегодня… А на двоих у него пороха не хватит… Максимум он ей виды из окна своего кабинета покажет… У нас же тут офис на 72-м этаже…

— Ясно. Тогда пойдём что ни будь куснём, пока всё не съели, — предложил я своей подруге.

Та с удовольствием подержала мою идею и мы направились к фуршетным столам, пока там было немного народу.

За перекусом, Снежана рассказала мне о пристрастии своего шефа использовать девушек в качестве трибуны…стоя перед видовым окном… на самом краю верхатуры…взирая победно на Москву…и «провозглашая речь» в стиле картины «Ленин на первом съезде Советов»…., ха-ха. Явно намекая, что Ленке не избежать сей участи, а учитывая, что «оратор» был уже … «осушен» Снежаной, то его «выступление» с новой «трибуны» может быть затяжным и эту саму «трибуну» может неслабо так утомить.

Тут я заметил, как с нами поздоровался издалека один мне знакомый представительный хлыщ и Снежана тоже ему ответила.

— Послушай, Снежана…ты же и Артемия Тараскина знаешь?, — осенила меня тогда мысль.

— И очень хорошо…Он же шеф моего шефа, — ответила Снежана, прожёвывая половинку перепелиного яйца, с кусочком сливочного масла и горкой чёрной икры на нём.

— И что можешь про него сказать?, — спросил я её с интересом, одновременно отдавая должное канапе с кусочками дальневосточного краба.

— Да ничего особенного… Ну что слышала от шефа и других…, — ответила Снежана, и дожевав, начала свой рассказ о Тараскине:

— Легендарная личность… самый молодой, в своё время, член ЦК, где возглавлял пять лет назад рабочую группу по модернизации экономики СССР, а именно в сфере ЭВМ. Позже, создал свой кооператив и начал завозить крупные партии персоналок… Продавая их не выше госцены, а это от одной тысячи рублей и выше… Скандал разразился, когда он уплатил партийный взнос в размере нескольких тысяч рублей… ОБХС стало «копать» и вылезло наружу, что он скупал их в Западной Европе и США по бросовым ценам, не дороже ста долларов за штуку, так как они были подержанные или морально устаревшие, а тут продавал за рубли, покупая валюту у Госбанка СССР по официальному курсу и наживал на одном ПК не менее 900 рублей!

Конечно, он ничего формально не нарушил. Просто никто тогда свободно валюту купить не мог. А он, пользуясь фактически своим положением, мог.

И он даже оправдался, что якобы «старые» ПК, которые он привозил, были исправны и имели гарантию в один год от его кооператива. И к тому же, они были более совершенны, чем производимые ПК у нас. А ещё, он оправдывался, что других нам на Западе тогда просто не продавали, а в СССР на них был колоссальный спрос и дефицит.

Но всё равно скандал был громкий… Тараскин чуть не поплатился за это партбилетом и местом в ЦК… Но удержался благодаря поддержки нового Генсека, которому нравились такие молодые прохвосты…, — как сказал шеф.

Затем, когда кооперативу Тараскина, отказали в продаже валюты из резервов Госбанка, он реализовал вместе с Боровиком идею товарно-сырьевой биржи. Через которую стал продавать на Запад весь наш отечественный неликвид в обмен на те же ПК и другую устаревшую офисную технику. Когда биржа заработала на всю мощь, и он снова попал в фавор и даже стал кандидатом в члены Президиума ЦК, то снова случился скандал. Дело в том, что через биржу запрещалось продавать стратегическое сырьё, к которому относился в том числе лес-кругляк и необработанный металл. И вот выяснилось, что огромные партии топоров, лопат и ломов уходят через биржу в Японию. Да в таком количестве, что можно уже было сорок раз всю Японию перекопать и вырубить. Оказалось, что металл идёт там на переплавку, а черенки лопат и ручки топоров идут на стружку для производства мебели.

Но правды ради, Тараскин к этому, непосредственного отношения уже не имел… И вообще, всё было абсолютно законно… Просто нашлась лазейка, которой воспользовались, а потом просто прикрыли… — «… изобретательный этот человек, Артемий Тараскин, не зря он пролез в это «тухлое» место, Госхолдинг, «сторожем» госимущества. Значит что-то замыслил…», — как сказал когда то мой шеф, — закончила Снежана свой рассказ о Тараскине, а я задумался.

— Ты чего завис?, — спросила Снежана.

— Да ты понимаешь, мне с ним работать…, — начал я.

— Аааа, ясно. Слышала я об этом, — перебила меня Снежана и поведала мне события вечера того памятного для всех дня, когда на пресс-конференции Госхолдинга выступили с инициативой передать всё имущество страны «самым лучших людям» в Мировом Союзе.

— Ну так вот, мой шеф там и говорит им всем и Тараскину тоже: «Что ничего страшного не случилось…Пусть забирают… Они всё равно сами этим управлять не будут… Я буду управлять лично всеми пакетами акций товарища Щербицкого…, а господину Тараскину поступило предложение возглавить Управляющую компанию всех активов товарища Романова», — почти дословно процитировала Снежана слова Айдара и переспросила меня:

— Ты же это имел ввиду?

— Да, — просто я ответил.

— Ну и не волнуйся. Я же там у них всегда рядом…Если что замыслят против тебя, то сразу тебе сообщу… Можем так же связь держать, как я с куратором Сергеем, — предложила Снежана по-деловому.

Я согласно кивнул, не отвлекаясь от еды.

Свой перекус мы закончили жульеном из белых грибов, запивая его сухим марочным венгерским Токайским вином.

Меня тогда постоянно дёргали и отвлекали.

Это было закономерно. По мере роста популярности нашей передачи, в нашу временную студию, распложенную в высотке Москва-Сити, в ресторане «Ударник», начали стремиться попасть все кому не лень. От банальных элитных «массажисток» до жаждущих славы политиков, артистов и просто тщеславных субъектов.

С первыми было всё просто. Тут всё было занято профессионалками сети массажных салонов «Кис» и за этим зорко следила сама «Катерина Великая», которая, вероятно и сама не прочь была бы «сняться», как в былые старые добрые времена в гостинице «Космос». Но положение обязывало, и она чинно и благородно раскланивалась со всеми, и максимум что могла себе позволить, так это одарить своей обворожительной улыбкой. Я не стал исключением…

С остальными «страждущими славы и внимания» нужно было разбираться персонально. Ясно, что главный редактор этой программы, заранее предусмотрел такое развитие событий и некоторый запас мест у нас был. Да и по персоналиям он подходил ко мне советоваться только в сложных ситуациях. Ну например, у нас тут сейчас уже был господин Земцов, один из лидеров Блока «БПН». А вот прямо сейчас просится сюда его непримиримый оппонент, и тоже один из лидеров этого Блока, юрист Вольфо̀вич. Их любая встреча, это как минимум эпатаж, а как норма – драка.

— Он клянётся, что в сторону Земцова и не посмотрит, — сообщил мне редактор обещание Вольфо̀вича.

— Ага, обещала коза в огород не ходить, — подумал я, а в слух сказал редактору:

— Хорошо, но пусть один из наших бодигардов будет рядом, чтобы вовремя их разнять.

Потом припёрлась «могучая кучка» всевозможных «спасителей России», разные там Цукерские, Стародворские, Донеры с Солжецами. Как раз я про них сегодня утром перед свои голосованием вспоминал. И попробуй не пусти… Устроят тут же пикет и скандал, что в стране нет свободы слова и их зажимают.

Давая редактору своё согласие, я тоже попросил их развести по разные стороны зала, на что тот меня огорошил, сообщив, что Цукерский и Донер муж и жена. И посмотрел на меня с недоумением, типа «что я не знаю элементарного». Я ему на его взгляд ответил, что в сортах дерьма не разбираюсь…ха-ха.

Он согласно кивнул и добавил, что и других разводить не нужно, они и так ненавидят тихо друг друга и сами разбегутся искать «свободные уши» для своего бреда, типа «как нам обустроить Россию?».

Когда редактор об этом сказал, я со всей остротой понял богатство русского языка, а именно сколько всяких смыслов может в себе таить обычное слово «обустроить».

Если оно в привязке к слову «дом», то тут всё ясно. Сразу приходит на ум картинка уютного жилища или выражение «мой дом – моя крепость». А вот в сочетании со словом «Россия», да ещё из уст «этих»… то тут воображение рисует полную разруху, толпы голодных и бедных людей, и нажившихся на этом «обустройстве» разного рода «нуворише». То есть, в их понимании, устроить всё так, чтобы кучке и им в том числе жилось хорошо, а большинству, в их понимании людского «быдла», плохо.

Вон как живо разбежались по углам. Донер-Цукерские заспешили к горлопанам-народникам, а вся остальная шушера, кто куда. Кто к монархистам, а кто и к либералам-рыночникам.

Я не представлял себе, как народ продолжал за них голосовать? Ведь уже они пролезали в прежний состав Верховного Совета используя систему довыборов и показали себя на его трибуне во всей красе.

Нет, нужно отдать им должное. Язык у них у всех подвешен хорошо, и я не поручусь, что смог бы наравне с ними спорить. У меня есть один существенный недостаток, я пытаюсь опираться на факты, а эти «ораторы» могут запросто утверждать голословно и кричать что угодно, и аргументом будет их заявление, что им это сообщили их источники, которые они, согласно Конституции не обязаны раскрывать. Поэтому с ними возможно спорить только в долгую… Разоблачая их враньё фактами и перепроверкой их голословных заявлений. Но как нам преподают в МГУ на занятиях по пропаганде и контрпропаганде, это уже проигрыш… Потом это уже никому не интересно… А тем более, если, например, они добились своей цели и упразднили руководящую роль КПСС и развалили СССР, как это было в той реальности. Ну и что, что последующий ход событий показал всю их ложь и пагубность этих действий? Дело было сделано…цель их грязная ими достигнута…

Тем временем мы со Снежаной переместились ближе к публике. У некоторых присутствующих, как и планировалось, брались интервью.

Многие сами охотились за камерой и ведущим, чтобы донести Миру свои мысли.

В общем всё развивалось в ключе задуманного.

В соседнем зале был танцпол, играла ритмичная музыка и звучала песня в исполнении популярной певицы.

Я и Снежана решили вспомнить нашу прошлую встречу с танцами в ресторане гостиницы «Россия» и тоже пустились в пляс.

Важность мероприятия не мешала гостям тоже отрываться по полной.

В перерыве между танцами меня и тут нашёл редактор с уже более неожиданным вопросом.

— Программа побила все рекорды по рейтингам и набирает обороты… Рекламщики взбесились…устроили форменный аукцион и требуют выкинуть рекламу проигравших и вставить их, — огорошил меня тот.

— А что, так можно?, — спросил я.

— Ну наверное, — ответил тот уклончиво.

— Подключите юристов и если наши доходы намного покроют неустойку, то ладно, — дал я указание и добавил:

— И пусть дополнительно разместят рекламу в зале ресторана…тоже доход…

И когда редактор уходил я его притормозил и высказал очередную свою гениальную идею по поводу заработка:

— И устройте аукцион по продаже сюда, например ещё полсотни билетов, всем желающим. Старт с одной тысячи рублей и шаг в сто рублей…

— Гениально, — только и сказал восхищённо редактор, так как весь бюджет нашей передачи был всего пятьдесят тысяч рублей. И еле-еле перекрывался рекламой и тем, что ресторан «Ударник» сделал нам огромную скидку, и то его счёт оплатили Модные дома за право показать тут свои новые коллекции.

Глядя в спину уходящему довольному редактору, подсчитывающему в уме свой процент от прибыли этой передачи, я поймал себя на мысли, что сильно лоханулся, и с Модными домами и с приглашёнными…

— Ну да ладно… Первый блин…блин, — успокаивал и корил я себя одновременно.

— Ты чего опять застыл?, — дёрнула меня за рукав смокинга Снежана, приглашая продолжить приятное время препровождения на танцполе.

Тут в основном зале все как то оживились и мы переместились туда.

Там стояли друг напротив друга, Земцов и юрист Вольфо̀вич и пылись дотянуться один до другого с помощью … плевков. Так как их держали на расстоянии наши бодигарды не давая тем сойтись в рукопашную.

— Ты чего не подходишь?, — кричал юрист Вольфо̀вич.

— А ты чё даже не смотришь в мою сторону?, — требовал ответа гневно Земцов.

— Да ты кто такой?, — вопрошал юрист Вольфо̀вич.

— А ты кто такой?, — отвечал Земцов в стиле Паниковского.

Между их перепалкой следовали смачные плевки. Было видно, что стороны в этом единоборстве не уступают друг другу и каждый раз точно попадают в цель. Народ просто ахнул, когда меткий соплистый плевок юриста Вольфо̀вича попал Земцову прямо в рот, когда тот его открыл для очередной гневной тирады…

Всё это снималось с разных ракурсов, в том числе и крупным планом и шло в прямом эфире… А «лаки страйк» юриста Вольфо̀вича уже крутили в повторе, как это принято на обычных спортивных состязаниях, ха-ха.

И даже поступление на экран первых данных о результатах выборов, пришедших из ЦИК, не смогли прервать этого захватывающего зрелища острой политической борьбы в лагере Блока беспартийных и некомсомольцев.

Но наконец сторонники политиков с трудом оттащили в разные концы «ринга», этих непримиримых бойцов и народ обратил внимание на экран.

Кто-то начал уже праздновать победу, а кто-то напиваться с горя, хотя ведущие обратили внимание гостей, что по состоянию на 00-00 часов, посчитано только 3% бюллетеней и ситуация к утру может кардинально поменяться. Но кто хотел напиться, тому это помехой не было…  

Снова появилась целая толпа экспертов, которые тут же начали строить новые прогнозы и версии. Особенно тогда, когда результаты расходились с экзит-поллом. И уже во всю строились разного рода конспирологические теории всемирного заговора…

Тут внезапно появилась Ленка. В слегка помятом облачении и с разочарованием на лице. Зашедший следом за ней товарищ Айдар, напротив, сиял ещё больше прежнего.

— Ну как ты?, — спросил я её для приличия.

В ответ она махнула, и сама спросила у Снежаны:

— Девочка, как ты с ними работаешь? Ни у кого же не стои…, — она прервалась и снова махнула раздражённо, продолжив вопрос:

— Тут есть вообще кто нормальный?

Я попытался возмутиться, но она меня остановила уточнением:

— Ну кроме тебя…

Ответила ей Снежана:

— Вон того рыжика видишь? Могу познакомить. Это финансовый гений…Толя Чубатый…

 — И у него с этим всё в порядке?, — перебила Ленка Снежану, уставившись заинтересованно на скучающего рыжего парня.

— Проверено…, — с гордостью заявила Снежана.

— Ну давай…знакомь, а то я взорвусь…, — потребовала Ленка у Снежаны.

А та скороговоркой продолжила:

— Но у него пунктик… Ты спроси про приватизацию у него вначале и наберись немного терпения слушать его заумный бред… а потом он покажет, на что способен…, — проинструктировала та Ленку насчёт рыжего гения и полового гиганта Госхолдинга.

— А тот с ним, кто?, — решила Ленка, «если мёд, то ложкою».

— Ааа, Гриша Яблинский?…неее…ты глянь куда он пялится, — остудила Ленкин порыв в погоне за количеством, Снежана.

— Заднеприводный…, — констатировала неочевидный факт с огорчением Ленка.

— Ну я точно не знаю…но не приставал ни разу…, — тут же поправилась Снежана.

— А тот, такой весь зализанный перец, кто?, — кивнула Ленка на моего знакомца Кешу, предварительно «богатенького Буратино», владельца части Москва-Сити, но не точно.

— Я не знаю, — ответила сразу Снежана.

— Да есть тут один олигарх, — ответил я.

— Вау, он мой, — воскликнула Ленка и начала того «обстреливать глазками».

Кеша не смог долго находиться под таким «смертельным огнём» и сам пошёл в атаку на «огневую точку»…

— Ещё раз здравствуйте Дэн… Разрешите украсть у Вас одну из прелестниц?, — «пустился он с места в карьер».

При этих словах Иннокентия, на Ленкином лице начала блуждать самая её бля…кая улыбочка, а Снежана, наоборот, стала смотреть в другую сторону и крепче обвила своей рукой мою.

— Да, как даме будет угодно…., — не успел я договорить витиеватую салонную фразу, как Ленка уже сделала шаг вперёд к «объекту» и опершись на протянутую им руку, молвила:

— Даме будет угодно сегодня всё!

При этом она ещё более усилила развратную сущность своего выражения лица.

Кеша никак не прокомментировал ситуацию, а просто сделал замысловатый паркетный разворот вокруг Ленки и вот они уже удаляются от нас на встречу приключениям, я имею ввиду и вызывающе виляющую «пятую точку» дамы в том числе.

«Баба с возу — коню легче», — пробормотал я известную народную мудрость, а тем временем ко мне снова протиснулся наш редактор с озабоченным лицом.

— Там эти…как их…галицкие националисты…, — прочитал он с бумажки.

— А кто именно?, — задал я ему, в общем то лишний вопрос, так как я уже сказал, что в сортах дерьма не разбираюсь.

— Чорнолыс, Хмарко и Зайчук, — снова тот прочёл из своей бумажки и скороговоркой добавил, что они все купили с аукциона билеты, цена которых влетела до трёх тысяч рублей.

— Богатенькие нынче националисты пошли, — подумал я, а в слух сказал:

— Так, а чего тогда спрашивать? Купили, пусть заходят… Но приглядывайте за ними…

— Да я просто предупредить…, — замялся редактор.

— Всё верно. Спасибо, — подбодрил я того.

Через некоторое время в зал запустили «обелеченных».

Я и Снежана, с интересом за ними наблюдали. Их легко было узнать, по отсутствию смокингов…и не только.

Среди этой разношерстной компании я с удивлением увидел своего товарища по бизнесу Шурпета в компании с колоритным высоким абреком, с чёрными усами, переходящими в роскошные бакенбарды и в… огромном «аэродроме». Как стали называть большие круглые кепки после выхода комедии «Ми-ми-но». И вообще, он был похож на молодого актёра, там сыгравшего этого Мимино. Сейчас тот артист уже повзрослел и просто разрывался между карьерой актёра и эстрадой. А его роль резидента ЦРУ в культовом фильме «ТАСС уполномочен…» вообще до сих пор считается эталонной в шпионских боевиках…

— Вах, вах, вах, какой кароший передача, — стал с порога хвалить всё абрек, только узнав от Шурпета, что я имею к ней непосредственное отношение.

— Шурпет, зачем тратить деньги?, — наехал я на друга.

— Ты Дэн не понимаешь… Я же не мог провести сюда бесплатно весь солнечный юг? А так всё честно…, — привёл тот убийственный аргумент.

— Ну тогда развлекайтесь, — отпустил я южан, так как они уже бросали нескромные взгляды и на Снежану тоже.

В толпе «обелеченных» я сразу безошибочно узнал и националистов малоросского разлива, вернее западно-малоросского или как они себя сами звали, «галичан».

Те от чего то не пришли в полном народном облачение, которое включало широченные красные шаровары, заправленные в тоже красные сапоги. На них были обычные серенькие костюмчики швейной фабрики «Москвичка» и стоптанные штиблеты непонятного производства.

— Купили по случаю, — пролетела у меня мысль про их костюмы.

Также на голове у них отсутствовал и «осэлэдэць», толстый хвост из длинных волос, торчащих на абсолютно лысой голове, прямо посредине её, непременный атрибут опереточных малоросских средневековых парубков.

Из народного, на этой лубочной троице, были под пиджак одеты «вышыванкы» — белые рубашки из домотканого полотна с примитивной вышивкой крестиком, а на их лицах были роскошные «вуса» опускавшиеся длинными кончиками вниз.

«В их глазах пылал огонь праведной ненависти к москалям…», — мелькнула у меня очередная мысль, но тут же пропала.

Во взгляде именно этих националистов ничего такого не было. Там было всё… и страх…провинциала перед столицей…и неподдельный живой интерес к окружающей их обстановке и даже радость от сопричастности к чему то большому и историческому….

— Настоящий сталинский Верховный Совет у нас буде, — прошептал я Снежане.

— С чего это?, — спросила она с недоумением и испугом, наверное имея ввиду незавидную судьбу делегатов Верховного Совета первого созыва 38-го года.

— Ну как же? Вон глянь… многие в народных костюмах…, — указал я на эту троицу.

— Так и в прошлом Верховном Совете полно такого было… Мне запомнились девушки из Средней Азии в шароварах под яркими платьями и украинки в разноцветных веночках, — возразила мне Снежана и я сам это тоже припомнил.

А Снежана резонно заметила, что в связи со стиранием этнических, географических и исторических различий никаких «народный» костюмов в высшем органе власти Мирового Союза быть не может в принципе. И  добавила:

— И сюда этих тоже в их опереточных нарядах не следовало пускать… Пусть привыкают к порядку…

— Согласен, Снежана… но не выгонять же их?, — стал я оправдывать явный свой промах.

— Вот мне, пропагандисту с неполным высшим образованием и урок от обычной…девушки, из народа…, — подумал я сердито на себя, — а ведь преподавали нам и говорили, что вот такие невинные вещи у них заменили запрещённую свастику и другие нацистские символы. И стали своего рода опознавательным знаком «свой-чужой» и опасной тропой для одурманивания неокрепших юных душ ложной геройской романтикой.

Но троица «галичан» вела себя прилично, чего уже нельзя было сказать о «могучей кучке обустраивателей России».

Там явно назревал скандал.

Но тут поступили последние данные из ЦИК. По состоянию на два часа ночи по Москве было посчитано уже более пятидесяти процентов голосов избирателей. Картина особо не изменилась. Видимо, какие либо серьёзные изменения уже ждать глупо. Ну разве по отдельным округам, где разрывы у кандидатов минимальны.

А так, уже на экране демонстрируется рассадка в образном зале заседаний Верховного Совета.

Слева, на треть зал ярко красный, далее к центру он постепенно розовеет из вкраплений зелёных и желтых мест, после двух третей становится оранжевым, далее жёлтым, салатовым и с крайне правой стороны темнозелёным.

Ведущие, конечно, постоянно оговариваются, что это всё, в некоторой степени, условно и основано на предвыборных заявлениях побеждающих кандидатов, от которых те, уже избравшись, могут отходить в ходе своей работы в Верховном Совете и даже в процессе голосования по отдельным вопросам и законам.

Кстати, одним из первых законов, который предлагается принять, и буде новый закон о депутатах Верховного Совета и о их выборах.

Как минимум, буде принят новый регламент Верховного Совета, где будет обязательным создание правящей коалиции, с не менее пятьюдесятью одним процентом голосов избранных депутатов. За него готовы проголосовать все. Во-первых, фракция коммунистов, так как они всё равно не набирают мест на полноценное большинство и им нужны надёжные союзники. Во-вторых, все остальные. Которые будут претендовать, либо самим создать такую коалицию, против тех же коммунистов и тут возможен любой, самый плохой сценарий, либо просто желающие, на своих условиях, войти в любую коалиции, в том числе и с коммунистами. Ну и в третьих, всем нужна стабильность такой коалиции. И тут они готовы голосовать и за ответственность депутата в случае выхода из неё.

Одиночный выход, это лишение депутата мандата. К лишению мандата так же приводит отказ голосовать так, как решено на совещании коалиции.

И наконец, роспуск Верховного Совета и новые выборы, если такая коалиция не создана в течении месяца после начала работы Верховного Совета или выход из неё депутатов привёл к уменьшению её состава ниже 51 % голосов и опять же в течении месяца они не были компенсированы.

В последнем случае есть сложность и необходимость проведения выборов в округах «лишенцев». То есть довыборы, на место выбывших депутатов.

Кстати, причин лишить депутата мандата множество. И самый главный, это утрата доверия у избирателей. Но он и самый сложный. Тут нужно в начале собрать подписи и передать их в ЦИК. Таких подписей должно быть не менее 10 % от избирателей и этим можно заниматься только после прошествия более полугода с момента завершения в округе предыдущих выборов.

А ещё ЦИК имеет право отклонить и подписи и заявление на основании формальных причин. А ещё есть и суды… Короче, это дело не благодарное… но возможное.

Также рассматривается возможность введения многомандатного округа по всему Мировому Союзу. С избранием по партийному списку пока для Компартии. То есть в бюллетене будет просто строка КПМС и далее другие кандидаты – не коммунисты или коммунисты – самовыдвиженцы, не вошедшие в избирательный список Компартии. Это, кстати, будет предусматривать и внутренние выборы в самой Партии, чтобы попасть в такой список и соответственно занять место в его проходной части, то есть ближе к его вершине. Хотя это уже детали, так как на самом деле верхняя часть такого списка это и есть все члены ЦК и за ними кандидаты в ЦК. Так сказать «лучшие люди».

После обкатки этой идеи на практике, возможно распространение её и на Блок «БПН». Но это уже по итогам работы нынешнего состава Верховного Совета. Удастся ли там, во время его работы, всем депутатам от этого Блока, объединиться во фракцию и быть едиными, а не аморфными. Что частенько случается с такими не совсем стойкими полит объединениями.

Очень показателен в этом плане парламентаризм США и Италии. Вернее, полная их противоположность. В США есть две монолитные мега-партии и избирательный процесс не давал особых сбоев. А в Италии их превеликое множество попадает в парламент и из-за этого там одни выборы следуют за другими, так как коалиции распадаются ещё до выборов. А вот если у нас сложится устойчивый Блок «БПН», то и флаг им в руки и барабан на шею и … поезд на встречу, ха-ха. А если серьёзно, то было бы неплохо, если бы этот блок впитал в себя всех хороших и честных людей, которые в силу различных причин не стали коммунистами. Например, священники всех конфессий, обычные рабочие и служащие, здоровая часть интеллигенции, лидеры всяческих патриотических неформальных объединений. Те же барды или рокеры с байкерами. Много среди них приличных людей-патриотов…

— Дэн, пойдём танцевать, — снова вернула меня к действительности Снежана, заодно протягивая мне бокал с шампанским, взятый ею с подноса проходящего мимо официанта. Мы «чокнулись» бокалами и с удовольствием выпили холодный игристый напиток.

А затем быстро устремились на танцпол, где под «живую» зажигательную музыку и песню группы «Майский Лав», выделывали различные танцевальные па, подпевая им: «…белые розы, белые розы…».

Там же кружились и Кеша с Ленкой… Судя по их счастливым лицам было видно, что они уже оказали друг другу интимную услугу и остались довольны один другим. Ленка была уже без горжетки и сумочки… Но её это уже не волновало… Найдутся… Тем более, что уже поздно было прятать за ними свои прелести, все уже давно всё рассмотрели и не пялились на неё сильно… Только приведённый Шурпетом горячий южанин не мог оторваться и отплясывал вокруг неё что-то наподобие лезгинки, иногда восклицая «а-са!». Причём, не без успеха… Ленка бросала на него заинтересованные взгляды…Что говорило о возможной смене партнёра на свежего…ха-ха.

Но меня это не волновало… Она «девочка» взрослая…разберётся… и с абреком…

Я был занят в данный момент Снежаной…были уже у меня на неё планы…

Тут снова в перерыве танцев протиснулся ко мне наш редактор и тревожно выпалил:

— Там эти…сейчас будет драка…, — и кивнул в сторону основного зала.

Пришлось мне оставить Снежану одну на танцполе и идти оценивать возможные последствия назревающего конфликта между политическими силами.

Действительность оказалась намного смешнее, чем трагичнее…

«Могучая кучка», объединившись, пыталась нападать на тройку «самостийныкыв у вышыванках». Последние выкрикивали националистические лозунги, которые, то ли из-за шума или по причине их плохой дикции звучали смешно: «сала Украйини», «хэроям сала».

А «кучка» тыкала им в ответ фиги и кричала гневно, что Галичина часть России и кукиш им, а не незалежность.

Тут Чорнолыс возьми и скажи на чисто русском:

— Господа, Вы не правильно меня поняли… Я за Украину-доминион России…

— Так ты падла, зраднык, — заорал на него Зайчук и пнул ногою того в зад.

— И я тэж … Алэж як хвэдэрацию, — сказал и отскочил от «зайца-драчуна» Хмарко.

Зайчук, поняв, что он остался один, приняв скорбный вид и запел стих бессмертного русского поэта Шевченка, со словами, что «…щэ нэ вмерла Украйина…».

В «могучей кучке» произошло замешательство и к «смелому зайцу» протиснулась «тортилла» Стародворская и тоже попыталась подпевать ему своим скрипучим голосом.

— Дора, ты чего?, — воззвал к ней Солжицин.

Та метнула в него «молнию» взгляда и скорбно произнесла: «Я умру за то, чтобы эта неблагодарная к России скотина, могла иметь свободу спеть тут эти виршы».

Со стороны «монархистов» раздались жидкие аплодисменты, которые поддержали более мощно со стороны «либерастов», как называл их Саныч. Затем они усилились и даже послышались крики «браво». Но внезапно, одновременно с разных концов зала к «самостийникам» и поддержавшей ей части «могучей кучки» подлетели непримиримые враги, Земцов и юрист Вольфо̀вич, с криками: «Россией торгуете?! Сволочи!». При этом «нечаянно» толкнули «тортиллу», да так что та отлетела в сторону, а её толстые очки ещё дальше продолжили полёт в пространстве, пока не попали кому то в бокал с характерным дзинь и бульк. Затем эти «политические тяжеловесы-профессионалы» в два счёта отправили в нокаут растерявшихся «вышыванщиков» и угрожающе двинулись в сторону оставшихся предателей Родины из числа «могучей кучки». Те не стали дожидаться расправы и отбежали к «монархистам».

Но из рядов приверженцев Царизма на Руси, а именно со стороны «черносотенцев» прозвучали угрожающие выкрики-призывы: «Бей юристов и масонов! Спасай Россию!».

Беглецы из «могучей кучки» и их преследователи, резко притормозили.

При этом Земцов выкрикнул, что он по паспорту русский, а юрист Вольфо̀вич уточнил, что он у него только папа юрист.

«Могучая кучка» проблеяла, что они не масоны, но начала медленно отступать назад от «монархистов погромщиков», пятясь задом в сторону недавних их преследователей, пока в них же и не упёрлась. Особенно их проняла грозная отповедь «чёрно-красного братства» Земцову, что «те бьют по морде, а не по паспорту». Видимо у «записных обустраивателей России» и с документами было не всё хорошо, не говоря о их лицах.

Прохвост Земцов и юрист Вольфо̀вич тоже не спешили колотить и прогонять «могучую кучку», видимо решив использовать их как своего рода предполья и как естественную преграду, между собою и новой непосредственной и явной угрозой, исходящей от «царских сатрапов».

Установилось шаткое равновесие, тем более, что тыл либералам-рыночникам прикрыли «нащадки Мазепы», что делало такую услугу довольно сомнительной в надёжности. Могли и в спину ударить или просто трусливо сбежать, оголив в самый опасный момент «мягкое подбрюшье» «будущей новой России».

Воспользовавшись заминкой, вперёд вышли лидеры «монархистов» и призвали стороны хотя бы к временному перемирию.

Это выглядело несколько комично, так как ситуативный союз из националистов, прогрессистов и либералов пытался изображать воинственность пред «Князем Серебряным» и княгиней Волконской, которые «в миру» просто Серёжа Гейкин и Василиса.

Но побурчав для виду, «нехотя» согласились.

Этой паузой воспользовались свободные тележурналисты, бросившись брать интервью у «героев» сражения.